Недавно, примерно в одно время, состоялись три события, напрямую имеющие отношение к латвийской экономике. Или, по крайней мере, к тому, что обычно под этим подразумевается. Событие первое — впечатляющее. Делегация минфина ЛР вернулась из Вашингтона, где провела встречи с представителями Всемирного банка и Международного валютного фонда. После чего министр финансов Андрис Вилкс дал понять, что мировое сообщество впечатлено нашими успехами в преодолении кризиса и теперь, затаив дыхание, ждет нового рывка латвийской экономики. Ни много ни мало.

Событие второе. Отрезвляющее. Эксперты Гарвардской школы бизнеса презентовали в Кабинете министров ЛР масштабное исследование конкурентоспособности Латвии. Проект заказал премьер Домбровскис — с тем, чтобы впоследствии было на что опираться при разработке Национальной стратегии развития. Главные выводы анализа: теневая экономика, низкое качество образования и отсутствие транспортной инфраструктуры — проблемы, тормозящие конкурентоспособность страны. «Латвия перманентно не способна реализовывать свой потенциал», — с сожалением заметил ведущий сотрудник Института стратегии и конкурентоспособности Гарвардской школы бизнеса Кристиан Кетельс. Это «открытие Америки» от гарвардских аналитиков обошлось Латвии в 260 тысяч евро из разных источников, в том числе и из госказны. Между тем есть пророки и в своем отечестве. Независимые латвийские эксперты уже не один год и совершенно даром указывают рулевым на теневую экономику, неэффективную систему образования, отсутствие долгосрочной стратегии развития страны и доминирование политики над экономикой. Но, видимо, бесплатные советы у нас не в чести.

Наконец, событие третье. Конструктивное. В Балтийской международной академии (БМА) прошел традиционный экономический семинар на тему «Закончился ли кризис в балтийских странах? Желаемое и действительность». Его организаторы — БМА, интернет–журнал Baltic–Course.com, Латвийская конфедерация работодателей и Дипломатический экономический клуб.

Плюс индустриализация всей страны

Как подчеркнула модератор семинара, профессор БМА Ольга Павук, эксперты из Гарварда подготовили 200–страничный фолиант, где указали на все наши слабые места, однако политики и правительство утверждают, что страна выходит из кризиса, растут макропоказатели и все нормально. Где же правда? Участники «круглого стола» совместно искали ответ на этот вопрос.

— Экономический рост и экономическое развитие — разные вещи, — напомнила академик ЛАН Райта Карните. — Цифры роста не свидетельствуют о положительной ситуации в экономике. Чтобы изменить ситуацию в корне, необходимо встать на путь постоянного развития, а не скачков. А у нас радость от роста потребления снова связана с рынком недвижимости и финансов. Нам же нужно равномерное развитие отраслей, которые несут деньги. А это прежде всего транспорт и транзит и все, что их сопровождает, направления, которые всегда обеспечивали положительный внешнеторговый баланс. Ресурс для развития отрасли — внешние инвестиции в производство и услуги. Индустриализация — бесспорный факт, который начинают признавать те, кто еще недавно ее отрицал.

По словам советника президента Латвии по экономическим вопросам Элины Эгле, новая индустриальная политика Латвии будет нацелена на создание современной обрабатывающей промышленности. К 2020 году она должна составить в Латвии 20% от ВВП — по сравнению с сегодняшними 14%. Нужно привлекать средства еврофондов — пока использовано только 9,6%. В этом году для поддержки новых индустрий будет запущена программа помощи инновационному «зеленому» производству в размере 8 млн. латов, рассчитанная на 130 предпринимателей.

Доктор экономики Александр Гапоненко заметил, что главный макропоказатель — ВВП — за годы кризиса упал в Латвии на 23%, и понадобится 10 лет, чтобы выйти из него при ежегодном росте в 2%. Сегодняшний рост происходит за счет экспорта деревообработки и легкой промышленности. Сельское хозяйство не показывает роста. Строительство сократилось вдвое. Объемы оптовой торговли находятся сегодня на уровне 2008 года. Не дадут в ближайшее время роста ВВП и финансовый и страховой рынки. Нужны инвестиции для других отраслей промышленности. Каких?

Автопром и транзит

Да для той же автопромышленности! На что и указал директор по внешним связям и маркетингу АО AMOPLANT Игорь Граурс: «За годы кризиса мы научились экономить, но пока не научились зарабатывать. В интересах страны — остановить разрушение автопромышленности. Но государство до сих пор не заказало нашему предприятию ни одного автобуса — никакой поддержки нет. Считаю, что Латвии надо развивать промышленность, связанную и с транзитом». На автопром как пример интенсивного внедрения инноваций сослался и экономист из Словакии Павол Баранай. Несмотря на то что это одна из самых уязвимых отраслей промышленности, январский автосалон в Детройте, а затем и в Женеве стали парадом альтернативных и гибридных технологий, а мир увидел, что классические топливные двигатели сдают свои позиции.

— За все годы независимости в Латвии так и не была предложена концепция национального развития, — уточнил председатель Сената БМА, доктор экономики Станислав Бука. — Мы либо подстраиваемся под ЕС, либо хватаемся за отдельные сферы. Но разработать национальную стратегию без привлечения научных кадров — для чиновников задача невыполнимая. И о каком победном выходе из кризиса можно говорить, если, например, наша лаборатория исследований проблем предпринимательства и управления, которая занимается расчетом индекса предпринимательского доверия, с 2005 года регулярно обследовала 500 средних и малых компаний Латвии, а сегодня из них осталось 150!

В какие отрасли и откуда можно ждать инвестиций? Так уж случилось, что скандинавские банки в Латвии контролируют более 60% рынка кредитования. И именно от них зависит, когда начнутся вливания в экономику. На возобновление кредитования влияют и грамотные управленческие решения Банка Латвии и КРФК (Комиссия рынка финансов и капитала). По словам И. Граурса, Россия и Беларусь тоже готовы работать в латвийском банковском секторе, однако сегодня КРФК возглавляет человек из скандинавского окружения. И если взять, к примеру, порты, то надо понимать: будучи нашими конкурентами, скандинавы не будут развивать балтийские порты. Зато это могут сделать россияне и казахи.

Работник — волк, в Германию убежит

Как разрешить новое противоречие на мировом рынке труда — рост безработицы, сопровождающийся острой нехваткой специалистов? Уже сейчас уезжают профессионалы и молодежь — потенциал страны. Мы постоянно теряем то, что нужно нам самим. За 10 лет из Латвии уехало 15% работоспособного населения, по некоторым оценкам, 85% возвращаться обратно не собираются. А тут еще новость о программе Blue Card, предлагающей в течение трех лет привлечь в Германию 3 млн. специалистов. Аналогичная программа вводится в Дании. Выдержит ли балтийский рынок труда такое давление?

По мнению эксперта по экономическим вопросам посольства Польши в Латвии Давида Томашевского, сегодня на рынке труда Латвии присутствует пессимизм. Но что Латвия может предложить молодым специалистам? Молодому врачу — максимум 300 латов, а Германия — 2000 евро. Вот и ответ на вопрос об иммиграции. Добавим: и это при том, что цены на продукты питания в Германии и Латвии сравнялись, а потребительские товары у нас уже давно дороже!

Кроме того, напомнил докторант БМА Николай Молденхауер, после получения образования иммигранту в Германии дается год для устройства на работу. Почему бы Латвии не перенять германский опыт? Сегодня в БМА есть иностранные студенты, которых прельщает возможность получения образования стандарта ЕС, но на этом все заканчивается. Потому как для работы гораздо привлекательнее выглядят другие страны с их зарплатами. Однако научный сотрудник University of D?sseldorf Александр Светлов заметил, что в самой Германии программу привлечения специалистов Blue Card многие оценивают скептически: «Не все так уж легки на подъем и готовы терять социальные контакты, чтобы ехать на Запад. К тому же зарплата в Германии (нетто 1300 евро) не совсем адекватна уровню других стран, например, США и не менялась десяток лет. Поэтому немецкая квота Bllue Card не будет исчерпана».

— То, что люди уезжают, не так страшно, — полна оптимизма Э.Эгле. — Растет спрос на рабочую силу внутри страны. Повышается ответственность людей за свою работу, а предпринимателей — за работников. К тому же, уверена, со временем будет и поток в обратном направлении.

Чем выше пост, тем больше воодушевления. Нам бы эту уверенность президентского советника, которому не страшно, что Латвия превращается в пустыню!

— В Латвии и других странах Балтии нет никаких предпосылок, чтобы остановить поток иммиграции рабочей силы, — резюмирует выводы «круглого стола» Ольга Павук. — Расходы на рабочую силу в этих странах одни из самых низких в ЕС. В Эстонии стоимость рабочего часа составляет 8,1 евро, в Латвии — 5,9, в Литве — 5,5 евро. Для сравнения: в среднем по ЕС этот показатель равен 23,1 евро, в Дании — 38,6, в Финляндии — 29,7 евро. Разговоры о том, что скоро в страны Балтии придется привлекать работников из третьих стран, имеют под собой основания. В целом по привлечению зарубежных инвестиций балтийские страны, особенно Латвия, находятся на последних позициях в ЕС. Все это не прибавляет оптимизма по поводу скорого выхода балтийских стран из кризиса.